Содержание

Параноидный тип личности. Описание

Недоверчивые люди, подозревающие, что окружающие пытаются причинить им вред. Мнительны, считают что о них все говорят. Пессиместичны и сверхсерьезны.
В личной жизни ревнивы, очень боятся предательства, поэтому часто проверяют партнера.
Основной ценностью является социальная справедливость, поэтому люди этого типа личности тратят время и силы, чтобы этой справедливости добиться. Часто выбирают для себя профессию в сфере контроля (таможня, полиция, инспекции и пр.). Последовательны в своих действиях, достигают результата. Пройти тест на психотип личности.

Вверх

Взгляд гештальт-терапевта на параноидного клиента

(из лекции Елены Коссе)

Чтобы стать маниакальным, нужно родиться сангвиником, депрессивный ребенок -меланхолик. Параноиды рождаются с ригидным аффектом. Это флегматики. Эти детки изначально с большим уровнем агрессивности и они застревают на своих переживаниях.

А дальше начинается трагедия. Для того, чтобы стать параноидным -безумно ревнующим, не доверяющим людям, не открывающимся – нужно, чтобы в детстве было много жестких рамок. Все, чего они боятся, было в их жизни.

Иногда вся семья объединялась против них. Это выглядит весело, но травматично для ребенка. Ребенка хотят разыграть, обмануть, ввести в заблуждение. Если это разово, то это не страшно.

Уровень может быть и жестче. Родитель, который при разводе устраивает с ребенком сговор. Будет тебе 14 лет, я тебя заберу от мамы. И родитель устраивает сложную историю, где нарушается доверие.

У параноидных клиентов в жизни было очень много насилия. Если кто-то за спиной засмеялся, это над ним. Если кого-то будут увольнять, то его.

Они закрыты, не доверяют, говорят часть информации о себе, ожидают агрессии и для этого у них есть все основания. К сожалению, они используют проекцию и проективную идентификацию, строя отношения с другими людьми. И так как они напуганы и встревожены, они могут начать нападать. И с ним сложно. Он рычит на окружающих, и все мечтают, чтобы его уволили, и его увольняют.

Они не отделены от мира, они любое воздействие воспринимают как направленное на них.

Если кто-то смеется -они боятся поднять голову, чтобы поглядеть на мир, им очень страшно. У всех, кто переживал насилие, есть параноидный кусок личности. Вновь и вновь они отыгрывают свои старые травмы. Они могут защищать себя, гораздо на более серьезном уровне, чем воздействие.

Параноидные люди очень нуждаются в связи. Но связь с ними удушающая. Но в то же время, для тех, кого не замечали, эта связь интересна -с параноидом вы всегда будете замечены, за вами всегда будут следить. И кому не хватает ценности – параноид всегда будет вас подозревать в неверности и думать, что вас хотят все.

Пример из практики.

Девушка пришла в магазин, там зима, скользкие ступеньки. Она идет к администрации, с ней не говорят. Она пишет жалобу, подает в суд. Это борцы за справедливость, спасатели, контроллеры, налоговые инспекторы. Так они борются с кем-то, кто его мучил раньше. Так жертва превращается в палача.

Параноиды- родители

Они очень сложно реагируют на детскость. В их детстве быть хрупким и беззащитным было опасно. Поэтому и своих детей они стараются воспитывать сильными. Они говорят своим детям, что мир опасен, что никому нельзя доверять, что мужчины предадут. Они делают хорошее, пытаясь защитить своих детей, чтобы дети не переживали то, что переживали они. Параноидному родителю с ребенком некомфортно, они пытаются взрослить детей.

Вверх

Источники травмы параноидного клиента

Детское поведение часто параноидам напоминает поведение мучителя. Ребенок бросил одежду и не собирается идти в садик. И ему все равно, идете ли вы на работу. И вдруг это параноиду напоминает упрямого отца, который его нагибал. Параноидный клиент может начать бороться со своим ребенком как со взрослым, который его мучил. «Он специально меня изводит, плачет ночью».

Вверх

В основе формирования параноидного человека обычно лежит критицизм, наказание, зависящее от каприза взрослых, которых никак нельзя удовлетворить, а также крайняя степень унижения.

Разберем три ключевых компонента этой травмы:

1. Подавление воли и вторжение

Ребенок в такой семье не имеет права на собственные желания, чувства и границы. Взрослые систематически вторгаются в его психологическое пространство, подавляют любые проявления автономии. Мак-Вильямс подчеркивает, что будущий параноидный индивид подвергается «повторяющемуся подавлению и унижению» . Ребенок оказывается бессильным перед произволом взрослых -например, в ситуации, где парализованный мальчик не мог оттолкнуть мать, мывшую его в ванной.

2. Унижение как механизм разрушения самоуважения

Унижение — это не просто критика, это атака на саму сущность ребенка, на его право существовать и быть значимым. Мак-Вильямс отмечает, что в таких семьях часто присутствует высмеивание, а один ребенок может становиться «козлом отпущения — мишенью для ненависти членов семьи и проецирования качеств, в особенности тех, которые относятся к категории «слабость»» . Из такого опыта рождается базальное чувство стыда, которое, как указывает Мак-Вильямс, наряду со страхом составляет основу параноидного аффекта . Однако параноидная личность не может выносить этот стыд внутри и проецирует его вовне, превращая мир в источник унижения.

3. Непредсказуемость и невозможность угодить

Важнейший элемент травмы — «наказание, зависящее от каприза взрослых, которых никак нельзя удовлетворить» . Ребенок живет в состоянии хронической тревоги, потому что правила игры постоянно меняются. Сегодня одно и то же поведение может быть наказано, завтра — проигнорировано, послезавтра — встречено насмешкой. Это разрушает базовое доверие к миру и формирует убеждение, что предугадать намерения других невозможно, а значит -нельзя расслабиться ни на секунду.

Вверх

Параноидный тип личности. Пример из кино.

Фильм «Разговор» Фрэнсиса Копполы. Из книги «Психология в кино«.

В этой истории один главный герой – Гарри Кол, параноик, который профессионально занимается слежкой за другими людьми и попадает в свой самый страшный параноидальный кошмар – сам становится объектом слежки.

О детской травме героя нам рассказывают мимоходом, через сон, приснившийся Гарри в середине фильма. Оказывается, в детстве он был парализован, обездвижен. Гарри вспоминает, как мать мыла его в ванной и он не мог сделать ничего, не мог ее оттолкнуть. Парализованный ребенок оказался объектом ежедневных манипуляций взрослого с его телом, так как был лишен возможности противодействовать, выстраивать границы и проявлять собственную волю. Он переживает ежедневную ситуацию вторжения без возможности что-то сделать самому. И это детское бессилие, страх вторжения превращаются во взрослую паранойю – Гарри видит попытки вторжения буквально во всем, он абсолютно бессилен перед этим миром. Из-за проблем с собственными границами он систематически нарушает чужие, вторгаясь в частную жизнь других людей, отыгрывая на них свою травму.

Читайте также: Все психотипы, таблица (по Н.Мак-Вильямс)

вверх

Клинический случай параноидного расстройства личности.

Джон еще в раннем детстве разработал стратегию сверхбдительности к вреду. Начиная с трех лет он жил у разных приемных родителей, и некоторые из них физически и эмоционально его оскорбляли. Он считал себя уязвимым для людей. Фактически в определенных ситуациях подозрительность к мотивам людей и недоверие к их словам были для него довольно адаптивными. К сожалению, Джон стал воспринимать каждого как потенциально опасного. Он был не способен различать людей, которые могли причинить ему боль, и тех, кто не сделал бы этого.
У Джона развилось биполярное расстройство, когда ему было 20 лет с небольшим. Начав когнитивную терапию в 40 с небольшим лет, он был весьма недоверчив по отношению к своему психотерапевту. Он отказывался принимать предписанные медикаменты, раскрывать что-то о себе, уклончиво отвечал на основные вопросы и с большой неохотой отслеживал свои мысли, настроение и поведение. Он предполагал, что если будет доверять своему психотерапевту, то она ему навредит.

вверх

О склонности параноидных клиентов к написанию жалоб и судебным искам

Склонность к сутяжничеству (кверулянтству) — один из наиболее ярких поведенческих маркеров параноидной организации личности. Нэнси Мак-Вильямс объясняет этот феномен через механизм проекции и поиск внешнего врага:

1. Перенос внутреннего конфликта вовне

Параноидная личность не выносит собственных «плохих» чувств (ярости, стыда, ощущения собственной ничтожности). Вместо того чтобы переживать их внутри, она находит конкретного внешнего врага, которого можно обвинить. Судебная тяжба — это идеальный, «легализованный» способ реализовать этот механизм. Враг становится реальным, а борьба — социально одобряемой.

2. Поиск справедливости как грандиозная идея

Для параноидной личности борьба с несправедливостью (реальной или мнимой) становится сверхценной идеей, вокруг которой организуется вся жизнь. Суд — это арена, где «добро» (он сам) должно победить «зло» (обидчика).

3. Отыгрывание травмы («жертва превращается в палача»)

«Так они борются с кем-то, кто его мучил раньше. Так жертва превращается в палача». В судебном иске параноидная личность бессознательно воспроизводит ситуацию своего унижения, но теперь уже в роли того, кто имеет власть наказывать. Это попытка справиться с беспомощностью, пережитой в детстве.

4. Приведение реальности в соответствие с внутренней картиной

Мак-Вильямс пишет, что параноидный человек «обладает даром находить подтверждения своим подозрениям и может создать самосбывающееся пророчество» . Судебная тяжба — мощнейший инструмент такого пророчества. Начиная процесс, человек вовлекает другого в реальную вражду, тем самым подтверждая свою убежденность: «Я знал, что все люди — сволочи, и этот человек — враг». Они умеют приводить реальный мир к внутреннему.

Вверх

Терапия клиентов с параноидным типом личности

«Раздутое Я, когда всё, что происходит в этом мире, посвящено тебе, против тебя. Много тревоги, и эту тревогу надо снижать. С ними хорошо работает тот, кто их не боится и умеет шутить. Соглашаться на их картину мира терапевту нельзя, т.к. параноиды в ней мучаются. Нужно помогать убирать проективный процесс, основанный на травматичном опыте. Они гиперчувствительны. Они видят все, и стараются вывести вас на чистую воду. От тревоги они делают контактным то, что они видят, терапевту нужно признаваться в том, что происходит (если зевнул, значит зевнул, если опоздал, значит опоздал). У этих людей никогда не будет достаточно доверия».

(из лекции Елены Коссе «Клиническая диагностика«)

Работа с параноидным клиентом требует от терапевта редкого сочетания качеств: абсолютной надёжности, прозрачности и способности выдерживать интенсивный негативный перенос, не разрушаясь и не нападая в ответ. Главный парадокс терапии заключается в том, что человек, больше всего на свете боящийся вторжения и контроля, отчаянно нуждается в безопасной связи, но не может ей довериться.

Поэтому центральная задача первых лет работы — создание предсказуемого, стабильного сеттинга, который становится для клиента своеобразной «зоной безопасности». Любое изменение расписания, опоздание или неожиданная отмена должны быть максимально исключены или, если неизбежны, предельно честно объяснены, с обязательным исследованием чувств клиента по этому поводу. Терапевту важно помнить, что его собственная непроработанная тень и нечестность будут немедленно считаны — параноидный клиент гиперчувствителен к фальши, как сейсмограф. Признавать свои ошибки и состояния (например, «я правда зевнул, потому что не выспался, это не значит, что мне скучно с вами») — не слабость, а основа для построения хрупкого мостика доверия.

Ключевой технический приём при работе с параноидным клиентом — работа с проекциями без их оспаривания. Когда клиент обвиняет терапевта в недобрых намерениях, бесполезно доказывать обратное: «это не так». Это лишь подтвердит его подозрения, что вы что-то скрываете. Вместо этого Мак-Вильямс рекомендует позицию со-исследователя: признать реальность его чувства («я понимаю, что вы ощущаете исходящую от меня угрозу») и мягко сместить фокус на внутренний мир клиента («что именно в моём поведении сейчас или в вашем прошлом опыте делает это чувство таким сильным?»). Это позволяет постепенно отделить прошлое от настоящего.

При этом терапевт должен быть готов к тому, что прогресс будет измеряться не в инсайтах, а в микро-шагах: клиент пришёл на сессию, несмотря на желание сбежать; позволил себе промолчать, а не нападать; заметил, что его подозрение не подтвердилось. Важно также помогать клиенту легализовывать уязвимость, показывая, что страх и потребность в защите — это не стыдная слабость, а естественная человеческая реакция, которую не обязательно прятать за бронёй тотального контроля. Терапия параноидной личности — это марафон, где терапевт выступает «контейнером» для невыносимого ужаса и ярости, постепенно возвращая клиенту веру в то, что близость не всегда означает уничтожение.

Вверх

Резюме по параноидному типу личности

Основное нарушение:

1. Скорлупа
2. Я-грандиозно плохой и весь мир пытается меня уничтожить.

Основная ценность:

1. Социальная справедливость
2. Идея

Основные симптомы:

— Имеет долгий латентный период, ребенок не может быть параноиком
— Проявляется к подростковому возрасту
— Полное отсутствие чувства юмора
— Эгоцентричность
— Мнительность (все говорят о них)
— Пессимистичность
— Нет авторитетов среди людей
— Крайне подозрительны и недоверчивы
— Внутреннее одиночество
— Друзей нет, есть соратники
— Дружат всегда «против» кого-то
— В личной жизни устраивают «проверки на вшивость»
— Очень ревнивы
— Боятся предательства и везде его видят
— Есть телесные зажимы
— Не умеют отдыхать и расслабляться
— Всегда есть конкретные фигуры, на которые направлено их раздражение
— Ненасытная потребность переделывать , наказывать, критиковать других
— Очень активны в своих претензиях
— Профессии –любые контролирующие службы. Кондукторы, таможенники, полиция
— Хронические оппозиционеры
— Вся жизнь в борьбе
— Склонность к химическим зависимостям.
— Проблемы с засыпанием
— Пьют перед сном
— Умеют манипулировать
— Могут вызвать на конфликт даже депрессивного
— «Все люди сволочи», «Кругом враги»
— Умеют провоцировать агрессию в свой адрес
— Очень привязчивые и последовательные
— Их угрозы — это их план действий
— Юридически подкованы
— Умеют приводить реальный мир к внутреннему.

Вверх

Когнитивный профиль клиента с параноидным расстройством личности

Убеждение о себе:

«Я слаб и уязвим (и поэтому должен быть настороже или предпринимать упреждающие выпады)».

Убеждение о других людях:»Люди причинят мне боль».

Условные предположения:

«Если я буду сверхбдителен, то могу уловить признаки (межличностной) опасности (но, если я не начеку, я их не увижу)».
«Если я предположу, что люди ненадежны, то я смогу защитить себя (но, если я буду доверять людям, они причинят мне боль)».

Чрезмерно развитые копинг-стратегии:

Сверхчувствительность к боли.
Никому не доверять.
Предполагать скрытые мотивы.
Ожидание манипулирования, использования, унижения со стороны окружающих.

Недостаточно развитые копинг-стратегии:

Доверять людям.
Расслабляться.
Сотрудничать.
Предполагать добрые намерения.

Убеждения, препятствующие терапии:

«Если я буду доверять своему психотерапевту, то он причинит мне боль».
«Если в психотерапии я не буду начеку, то мне навредят».

Поведение, препятствующее терапии:

Отвержение проявлений заботы со стороны психотерапевта.
Отклонение альтернативных объяснений поведения других людей.
Сопротивление домашним заданиям, в которых необходима близость в отношениях с каким-то человеком.

Источник: книга Джудит С.Бек «Когнитивная терапия для сложных случаев».

Прочитали статью? Проверьте себя

Параноидный тип личности. Описание и терапия

Параноидный тип личности. Описание